12.03.2019
Летопись Нижнекамска
Ювелирная работа

1 марта экспертно-криминалистической службе МВД исполнилось 100 лет. Эта служба не публичная, чаще слава достаётся следователям. Но именно криминалист может отыскать ниточку, которая в результате приведёт к успеху в расследовании преступления. О специфике этой службы, любви к ней и интересных делах редакции «ВГ» рассказал Михаил ЗАЙЦЕВ, выпускник академии МВД, отдавший экспертно-криминалистической службе 14 лет, а в целом службе в милиции - четверть века.


- Михаил Григорьевич, когда вы надели милицейскую форму?

- В 1971 году, сразу после службы в армии. Мне было 20 лет. Начинал сержантом патрульно-постовой службы, окончил Елабужскую школу милиции, направили в Нижнекамский ГРОВД инспектором угро. Потом служил начальником отряда в спецкомендатуре. Но ещё в первый год службы в милиции я прочитал учебник по криминалистике как детективный роман. И с тех пор появилась мечта - стать криминалистом. Мечта осуществилась в 1989 году, когда в экспертно-криминалистической лаборатории (так тогда называлась эта служба) появилась вакансия и руководитель Л. Панин пригласил меня на должность старшего эксперта-криминалиста. К этому времени я уже был в звании капитана. В ЭКЛ была приличная библиотека спецлитературы, я её основательно перелопатил, сдал внутренний экзамен на допуск к самостоятельному осмотру места происшествия, а в скором времени получил право на производство дактилоскопической, трасологической экспертиз и исследования холодного оружия.

- И, наверное, окунулись в море дел? Ведь это было в 90-е…

- Да, развал СССР, вал преступности… Заступаешь утром на дежурство в составе оперативно-следственной группы, а из дежурной части поступает сообщение на выезд, а в списке - уже десять адресов с кражами, а ещё - грабежи шапок у мужчин и женщин, драки. Опергруппой едем по квартирам. Тогда двери во всех домах были деревянные, планочные, в которых замки ворами легко отжимались, выдавливались металлическим рычагом или просто раскалывались после хорошего удара ногой. В квартире, как правило, всё перевёрнуто. Тщательно всё обследуешь, чтобы обнаружить как можно больше следов рук, обуви, микрочастиц, оставленных преступниками. На осмотр каждого места происшествия уходило более часа. В последнюю по списку квартиру приезжали уже поздно вечером. Нас встречали упрёками, мол, о краже вам сообщили утром, вы едете на вызов только сейчас. Приезжал домой поздно. Только заснёшь - звонок, срочный вызов. Одно время даже оставался ночевать в УВД.

- Случались и особо дерзкие преступления?

- Помню, в 16-этажке на Химиков на шестой этаж в квартиру бухгалтера одного из предприятий воры проникли с крыши с помощью спортивного каната. В четырёх комнатах в квартире всего было много. Сложив в мешки награбленное, преступники ещё устроили на кухне пир из хозяйских запасов, а вышли уже через дверь, никем не замеченные.

- Нашли «альпинистов»?

- Не скоро, но нашли.

- Раскрытие нового преступления - это всякий раз экзамен на профмастерство?

- Совершенно верно. Криминалисты, оперативники, следователи всегда работали дружно. Иначе и нельзя было. Криминалист выполняет, по сути, ювелирную работу, собирая по крупицам события из прошлого. А жизнь подкидывала такие случаи, когда зацепиться вроде не за что. В начале 90-х это было - во двор дома в Ахтубе собака принесла скальпированный череп человека. Хозяева сразу позвонили на 02. Кроме оперативно-следственной группы, был поднят весь личный состав УВД для прочёсывания заброшенной стройки спортивного городка, как предполагаемого места преступления. Череп был основательно обглодан, но начальник ЭКЛ Л. Панин определил, что он женский. Всё дальнейшее я снимал на камеру. Следы собаки привели нас к заброшенному зданию, в подвале обнаружили следы костерка, бутылку с горючей жидкостью и воротничок от женской кофточки. На тот момент четыре женщины в городе считались в розыске. Начали работать с родственниками. Одна из них и опознала воротничок кофты матери. Когда личность была установлена, узнали подробности её жизни. Женщина в возрасте около 40 лет, любила выпивать. Опрос возможных собутыльников вывел на троих молодых людей. В квартире одного из них провели обыск. На балконе в пакете нашли туловище без рук и ног, конечности потом были найдены в разных районах города. Так было раскрыто, казалось бы, безнадёжное дело. Убийцы получили по заслугам.

- А казусные случаи припомните?

- Из подсобного хозяйства «Нефтехимик» сообщили об убийстве женщины, её труп обнаружили в колодце. Опергруппа выехала на место. Я стал спускаться в колодец, стараясь фиксировать каждый заметный штрих. Металлическая лестница вся была в жидкой грязи. На одной ступеньке я заметил след от скольжения обуви, на нижних ступенях следов уже не было, и на предпоследней ступени я отметил пятно бурого цвета и несколько прилипших волос. На поднятом трупе на затылке обнаружили большую рану. Проанализировав данные, пришли к выводу - несчастный случай. В дальнейшем следствие версию подтвердило. Женщина в годах с лопатой спускалась в колодец, может, собиралась почистить. На одной из ступенек нога в резиновой обуви соскользнула, женщина упала и ударилась головой о ступень лестницы.

- А с хулиганами приходилось разбираться?

- Когда служил в ППС, задержаний было много. А эксперты непосредственно лицом к лицу с преступником не сталкиваются. Но однажды в январе 1995 года после дежурства шёл домой. Слышу: из тёмного угла здания СПТУ-23 кричит женщина, просит о помощи. Подбегаю - она отбивается от мужчины, повалившего её на снег. Увидев меня, он отпустил жертву, но я успел схватить его, уронил на снег. Он ударил меня ножом в грудь. Из последних сил я вернулся в дежурную часть, сообщил о случившемся, описал внешность напавшего. Сотрудники ОМОН быстро в том микрорайоне нашли его и задержали. А я отлежал четыре месяца в больнице.

- С такой беспокойной работой семья не упрекала вас?

- У правоохранителя должен быть крепкий тыл. Мне повезло: супруга Наталья Николаевна более 20 лет сама работала в милиции, в инспекции по делам несовершеннолетних. Ей тоже приходилось участвовать в ночных рейдах, так что мы друг друга понимали. На пенсию вышли оба в звании майора милиции. Повезло мне и с наставниками. До сих пор с чувством благодарности вспоминаю Леонида Сергеевича Панина и Александра Алексеевича Токарева. С сердечной теплотой вспоминаю тех, с кем начинал в ЭКЛ: Андрея Пронина, Андрея Бубнова, Асхата Ибрагимова, Альберта Седельникова, Валерия Федотова и многих других, с кем посчастливилось работать. Светлая память - моим друзьям экспертам Сергею Фуражкину и Ленару Гилязетдинову, погибшим при исполнении служебных обязанностей. Меня кропотливо учили профессии, я тоже постарался подготовить смену. Мои ученики сейчас работают и в Казани, а Евгений Андреев в звании подполковника в настоящее время возглавляет экспертно-криминалистическую службу в Нижнекамске.

- Как отдыхается бывшему криминалисту на пенсии?

- Профессиональный взгляд по привычке останавливается на всём: следах на снегу, следах спецпорошка на двери магазина, разбитых стёклах, поведении отдельных людей на улице. Всё это у меня вызывает неподдельный интерес и рождает уйму воспоминаний о любимой работе.


На фото - друзья эксперты-криминалисты (слева направо): В. Федотов,

Е. Андреев, М. Зайцев, 2014 год.

Газимзян Сабиров
Отправить письмо в редакцию


forecast

Новости


Работа