07.04.2015
Летопись Нижнекамска
Нижнекамских призывников готовили в обстановке, приближённой к боевой



Сегодня коллектив городского военного комиссариата отмечает полувековой юбилей. В седьмом номере за 18 февраля «ВГ» уже опубликовала беседу с Валерием Петровым, который с 1977 года более десяти лет возглавлял коллектив. До него и тоже продолжительное время комиссариат возглавлял Анатолий Ефимов. Несмотря на возраст, ветеран многое помнит и поведал интересные подробности своей жизни.

Повестку в армию получал три раза

- Анатолий Иванович, вы 1927 года рождения. Ваш призыв в Красную Армию был последним военным. Скажите, вам хотелось на фронт?

- Мы жили в районном центре - селе Венгерово (в Гражданскую войну Венгеров командовал партизанским отрядом, был расстрелян колчаковцами, в честь партизана наше село Спасское переименовали) Новосибирской области. Когда началась война, мне было 14 лет. Как раз окончил шесть классов. Я и мои ровесники мечтали как можно скорее вырасти и попасть на фронт – бить врага.

- А как готовили себя к этому?

- Подготовке будущих воинов уделялось очень большое внимание. Во-первых, все должны были сдать нормы комплекса БГТО (Будь готов к труду и обороне) и ГТО (Готов к труду и обороне), куда входили лыжи, бег, стрельба, метание гранаты, подтягивание на турнике. У меня хорошо получалось на лыжах, на школьных соревнованиях обычно занимал первые места.

По программе или нет, но проводились уроки на патриотические темы, помню, был урок «Допрос немецкого военнопленного». Мы задавали «пленному», его изображал кто-то из наших ребят, такие вопросы, чтобы он понял, что гитлеровская армия  всё равно обречена на поражение, победа будет за Советским Союзом.

Когда Красная Армия начала освобождать нашу территорию от фашистских захватчиков, мы после уроков ходили по домам и собирали одежду и домашнюю утварь для жителей освобождённых районов. Всё собранное приносили в райком комсомола, оттуда уже отправляли по адресам. 

Все военные годы учебный год начинался с 1 октября. Мы, школьники, всё лето и сентябрь работали в колхозе. Выезжали в одно из хозяйств, пахали, боронили, косили сено. Помню, кормили всегда мясным супом, но всё равно хотелось кушать.  Спали в больших шалашах: в одном углу мальчишки, в другом – девчонки. В то время по отношению к ним не допускалось никаких хулиганских выходок.

- Радовались, когда получили, наконец-то, повестку?

- В армию меня призывали трижды. Первый раз в 1942 году.  Повестка, как полагается, на имя Анатолия Ефимова. В военкомате спрашивают, сколько лет? Говорю: шестнадцать. Как шестнадцать? Оказывается, у родителей в 1924 году был сын, тоже Анатолий. Но он умер. Через три года родился я, тоже назвали Анатолием. С недоразумением разобрались, я вернулся домой. Второй раз призвали в августе 44-го года, направили в Славгород, это на Алтае, куда было эвакуировано Балашовское авиаучилище. Нам даже солдатскую форму дали, но вместо учёбы нас использовали на сельхозработах, потом отправили по домам. Форму я сдал, мне выдали гражданскую, но уже не свою, а какая нашлась на складе.  Мне стыдно было в такой одежде показываться в Венгерове на глаза знакомым, дождался вечера и огородами прошёл домой.

Настоящую повестку получил в октябре того же года. Попал в запасной учебный полк – пулемётчик танкового пулемёта. Нас готовили на фронт. Но в апреле 45-го перевели в Ленинск-Кузнецкое пехотное училище. Там и встретил Победу.

- Как это происходило?

- Всех построили на плацу, начальник училища сообщил долгожданную новость, мы все самопроизвольно грянули «Ура».  Не знаю, по уставу мы поступили или нет, но от полковника замечаний не было.

"В наше время ребята знали всех героев войны"

- С окончанием войны вы не прекратили учёбу?

- Училище в Ленинск-Кузнецке расформировали, ребят начали распределять в другие учебные заведения, меня определили в Кемеровское военно-пехотное училище. Затем я окончил курсы командиров пулемётных взводов, дали звание лейтенанта, и началась моя офицерская служба.

Военный комиссар А. Ефимов, 1977 год.

- Обычно за время службы офицеры меняют десятки мест, объезжали чуть ли не весь Советский Союз.

- Мне тоже пришлось сменить немало мест, но в основном, это были гарнизоны, расположенные на территории Дальнего Востока и Приморья.

Неизвестно, до какого звания я бы дослужился, но при Хрущёве началось сокращение армии. Нашу часть расформировали, многих офицеров отправили в запас, других, в том числе и меня, направили в военные комиссариаты. На этой службе тоже пришлось сменить немало мест, это были побережье Охотского моря, районные центры, расположенные вдоль Амура.

- Как же вы попали в Татарию?

- После нескольких лет службы в местах, приравненных к Крайнему Северу, офицера могли перевести во внутренние округа. Именно по такому случаю я и попал в Приволжский военный округ, где получил назначение в Пестречинский район. Если вы помните, при Хрущёве было укрупнение районов, в Пестречинский ещё входили Лаишевский, Рыбно-Слободский и Высокогорский районы. После Пестречинского несколько лет работал в Бавлинском. В декабре 1967 года получил назначение в Нижнекамск заместителем военного комиссара, через три года назначен военным комиссаром.

- Где располагался военкомат и какие были условия работы?

- Военкомат располагался в посёлке, занимал одну половину барака, через стенку находился  райпотребсоюз. Рядом с нашим бараком слева – больница, аптека, Госбанк, автошкола, райисполком. Условия работы не ахти какие, но со всеми неудобствами можно было мириться, потому что все другие работали в таких же условиях. Самым сложным периодом для работников военного комиссариата и предприятий была призывная кампания. В бараке не было помещений для работы медицинской комиссии, на этот период нам разрешили работать в клубе «Нефтехимик». Сотрудники клуба и разные кружки занимались на первом этаже, призывная комиссия – на втором. Чтобы врачи друг другу не мешали, они были разделены фанерными щитами.

- В свой адрес, наверное, приходилось выслушивать немало нелицеприятных слов.

- Работники клуба, конечно, были недовольны, но что поделаешь, претензии их были не по адресу. Стройка называлась Всесоюзной ударной, столько людей приезжало, едва успевали переварить. Приходилось просить помощи у предприятий, спасибо, не было случая, чтобы нам отказали.

- Призыв большой был?

- Около тысячи человек. Но на комиссию всегда вызывали больше.

- Долго вы располагались в бараке?

- Года два-три. За зданием горисполкома построили общежитие, его отдали различным учреждениям. Не забыли и нас, выделили половину пятого этажа. Не хотел переселяться, но Фарит Бадретдинович Багаутдинов настоял. На новом месте мы даже красный уголок оборудовали. Когда уходил, военкомату отдали и вторую половину этажа.

- Вы ушли со службы…

- …первого октября 1977 года по выслуге лет в звании подполковника.

- Как отправляли призывников в Казань? Валерий Николаевич, который работал после вас, рассказывал, что, бывало, отправляли даже на самолёте.

- В моё время моста через Каму не было. Про авиацию мы как-то не задумывались. Будущих воинов на машинах везли до Бугульмы, оттуда в Казань – на поезде.

- Анатолий Иванович, как была поставлена военно-патриотическая подготовка допризывной молодёжи в годы вашей работы военным комиссаром?

- Считаю, она была поставлена лучше, чем сейчас. Выпускалось много художественной литературы, из которой ребята знали чуть ли не всех героев Великой Отечественной войны. В школах и профтехучилищах военная подготовка проводилась по учебной программе. В конце учебного года для учащихся 8-9 классов проводились военные сборы. Выезжали недели на полторы, чаще в район деревни Шингальчи. Там занимались по полной боевой обстановке, сами готовили. Отправляясь на службу, наши ребята умели разбирать и собирать автомат, стрелять из него.

В клубе «Нефтехимик» работал «Клуб молодого солдата», где перед призывниками выступали участники знаменитых битв, обороны Москвы, Сталинграда, Ленинграда.

Сейчас многое из того, что было в советское время, возрождается. Я только рад этому.

Отправить письмо в редакцию


forecast

Новости


Работа